Возможно, я параноик. Но это еще не означает, что меня не хотят сжить со свету. (с)
В стерильно чистой операционной главной лаборатории Лас Ночес царит несколько нервное оживление. На фоне гула электроники и незатихающих завываний безуспешно пытающихся выбраться из фиксаторов Пустых, монотонно надиктовывающий на записывающее устройство этапы модификаций голос Октава Эспада почти не выделяется. Разве что изредка, когда неуклюжий фрасьон что-то уронит или как-то иначе вызовет недовольство. Тогда в голосе проскальзывает шипящее раздражение, а виновник сбоя рабочего процесса перепугано замирает, не зная чего ожидать от непредсказуемого хозяина - вспышки ярости и немедленной переработки или ядовитой, бранной тирады и простого пинка.
Но сегодня Заэль не склонен тратить время на смену качественного состава своих фрасьонов - есть дела поважнее. Например - поиск модификации, превратящей "колобка" в универсальное лечебное средство, пригодное для употребления любым членом Эспады.
И, пока введенные подопытным растворы преобразуют их реяцу и ткани согласно намеченной схеме, можно даже уделить некоторое время доработке устройства, подавляющего реяцу шинигами. В теории, это должен быть комплекс отдельных излучателей, которые будут установлены по периметру Лас Ночес. В основе их действия был положен принцип излучения для духовных частиц определенного типа частиц с противоположным зарядом, что будет нейтрализовывать реяцу, независимо от ее силы. На основе тех образцов духовных частиц, что предоставил Заэлю Улькиорра, уже удалось сконструировать опытный прототип, все упиралось только в отсутствие объекта для полевого испытания.
прием гениальных идей по наращиванию военной мощи Лас Ночес круглосуточный, хозяин лаборатории с удовольствием выслушает все предложения и пожелания, и будет думать... много думать и самозабвенно творитькошмар, на нц банально не остается времени)))
Но сегодня Заэль не склонен тратить время на смену качественного состава своих фрасьонов - есть дела поважнее. Например - поиск модификации, превратящей "колобка" в универсальное лечебное средство, пригодное для употребления любым членом Эспады.
И, пока введенные подопытным растворы преобразуют их реяцу и ткани согласно намеченной схеме, можно даже уделить некоторое время доработке устройства, подавляющего реяцу шинигами. В теории, это должен быть комплекс отдельных излучателей, которые будут установлены по периметру Лас Ночес. В основе их действия был положен принцип излучения для духовных частиц определенного типа частиц с противоположным зарядом, что будет нейтрализовывать реяцу, независимо от ее силы. На основе тех образцов духовных частиц, что предоставил Заэлю Улькиорра, уже удалось сконструировать опытный прототип, все упиралось только в отсутствие объекта для полевого испытания.
прием гениальных идей по наращиванию военной мощи Лас Ночес круглосуточный, хозяин лаборатории с удовольствием выслушает все предложения и пожелания, и будет думать... много думать и самозабвенно творить
Он обвел взглядом помещение. Говорить что-то притихшей заэлевской фракции не имело смысла, о том, что он здесь появлялся и так доложат. Что ж, значит разговор откладывается, но это не важно, время еще есть.
Так ничего и не сказав, Улькиорра покинул лабораторию.
- Йо, братишка! - не дождавшись разрешения и даже его не спросив, Илльфорте вошел в лабораторию ,как к себе домой, попутно пнув проползавшую мимо фракцию Октавы.
С другой стороны - чем не способ разогнать хандру?
- Нии-ча-ан, - гадко протянул Заэль, ухмыляясь и жестом уже чисто автоматическим потянувшись к сигаретам, лежащим тут же на столе, среди блокнотных листков и ампул с образцами, - Соскучился? Что-то давно тебя не было видно. Как это нехорошо, на родного брата времени не найдешь.
- Как ты вообще с подобной гадостью можешь в одном помещении находиться? - он повернулся к брату. - Ну ты же знаешь - я обычно занят сильно! В отличие от некоторых, кто задницы на стульчике в лабораториии протирает! Вот и пропадаю надолго! - Илльфорте ухмыльнулся, скрестив руки на груди. - А что? Скучал сильно?
- Не был бы ты так любезен, не лезть в реактивы? Еще попортиш себе ручки, чем своему хозяину блох ловить будешь? - Заэль подкурил от стащеной у Улькиорры зиппо, и с наслаждением втянул сладкий дым, выдохнул медленно, - Чем ты занят - не сложно догадаться, и в отличие от тех, кто от безделья уже не знает на каком суку повесится, моя работа имеет значение и не терпит отлагательств. Поэтому, сделай одолжение - попропадай еще немного.
- Действительно, давно у тебя не был - даже не заметил, когда ты курить начал! - старший Гранц хохотнул. - Может брата угостишь, а? И уходить я пока не собираюсь! - Илльфорте удобнее устроитлся на столе, смахнув своей пятой точкой какие-то будмажки, даже не посмотрев на то, как они упали на пол. - Совсем что ли брату не рад, а?
Старший Гранц всем видом показал, что уходить пока не собирается, ибо здесь очень даже интересно, чем где-то в коридорах.
- А с чего такие мысли, что я Гриммджоу блох выбираю? Я ему для других целей обычно нужен! - Илльфорте улыбнулся, и с нахально поллез за сигаретами брата.
- Ну как же. Коты любят, когда после случки у них в шерсти копаются. Я рад тебе, братик, очень рад. Моему счастью просто нет границ.
- Ты всегда умеешь опошлить все, впрочем...
Гранц не стал говорить, что сам любит перебирать волосы Гриммджоу. Тому действительно нравилось, о вот такое сравнение можно услышать было только от Октавы. В прочем, нельзя оставаться в долгу перед братцем. Посмотрев тому в глаза, Гранц произнес:
- А что бабочки любят, а? После того, как их хорошо трахнут?
- А вот этого тебе, братик, никогда не узнать - ни умом, ни силенками не вышел.
- Не узнать? А если я сейчас проверю, а братил? Что мне стоит? Или ты будешь орать - "Помогите, насилуют!"? не беспокойся - сам справлюсь! - ухмыльнувшись, Илльфорте притянул второй рукой брата к себе за талию. - Или волосы мне вырвешь? А?
Октава аккуратно сомкнул пальцы на запястьях обхвативших затылок и талию рук, сдавил, чтобы разжал мгновенно вцепившииеся в волосы пальцы - чуть повыше пястных косточек, там где начинается кисть, а вторую руку медленно вывернул, заломив брату за спину, так, что тот невольно сполз со стола, почти опустившись на колени.
Да, братик, больно, а ты как хотел?
- Мне почему-то кажется, Илльфорте, что ты забыл, в чем разница между нами, - Заэль говорил почти ласково, только в недобро замерцавших глазах уже плясали сумасшедшие искорки. - Разница, между Эспада и Нумерос. Напомнить?
- Нет, он у меня точно получит... Дай только руки освободить...
Гранц-старший раздраженно скрипнул зубами.
- Не боишься, что я откушу тебе сейчас самое главное? Нумерос, знаешь ли, дикие очень и жрут что попало! - в подтверждение своих слов, Илльфорте цвепился зубами в бедро брата, показывая ,что не намерен отпускать, пока тот его первым не отпустит, и сильнее сжал зубы.
- Хиеро, братик. Ай-ай-ай, как глупо с твоей стороны. Ну же, веди себя хорошо и я обещаю не делать тебе больно.
Он завел за спину и вторую руку, выкрутив сильнее оба предплечья, принуждая, морщась от боли в вывернутых суставах, наклонится еще ниже, согнувшись чуть не в двое.
- Так и будем сидеть? - весело полюбопытствовал Заэль, носком сапога поддеваю метущие пол, золотистые пряди.
От подавленного, мрачного настроения уже и следа не осталось.
- Давай ты извинишься и раскурим мировую, что скажешь? - продолжал он измываться, прекрасно зная, что брат скорее горло себе перегрызет, чем признает себя побежденным. В этом была своя, особая прелесть.
- Да пошел ты к дьяволу, Заэль! - рыкнул Илльфорте, пытаясь освободить руки, но лишь пришлось прикусить губу от боли в локтях, которые хрустнули. - Можешь сломать мне руки, но извиняться и перед тобой не буду! Не дорос еще до моих извинений, братишка!
Собравшись с силами ,чуть припопдявшись, старший Гранц выстрелил серо изо рта в брата. Надежда была маленькой, но... он знал ,что Октава будет злиться за попорченный вид.
Отбить серо не составило труда, но для этого пришлось выпустить одну руку Илльфорте.
- Образцы, - огорошенно прошептал Заэль, почти с ужасом наблюдая, как гибнет в пламени реяцу купленная так дорого информация, вспыхивают и тлеют тонкие бумажные листки с расчетами, которые не было времени занести в комьютер...
Неконтролируемая, черная ярость затопила сознание.
- Ты, - он встал, рывком вздергивая брата следом, не обращая внимания на хруст костей в руке, которую продолжал сжимать, все сильнее стискивая пальцы, - Хоть представляешь, что уничтожил? Какой ценой мне это досталось?! - от злости сел голос и Заэль цедил слова сдавленным, змеиным шипением, - Ты заплатишь, братишка, ты мне дорого заплатишь за каждую чертову духовную частицу, по твоей милости пущенную к меносам!
Заэль еще сам не представлял, что именно сделает с братом, но так просто ему не отвертеться.
Оглянулся на нетронутый взрывом угол помещения, взгляд упал на массивный препарационный стол. Лицо пересекла безумная улыбка.
То, что нужно.
- Отпусти меня! - рявкнул он, выворачиваясь. - Я тебе что кукла, что ты меня по полу тягаешь, а? Ты получил то, что заслужил - за то, что посмел меня унизить! Отпусти, кому говорю! - заметил, что Октава что-то ищет взглядом по лаборатории, Гранц замахнулся свободной рукой и влепил брату хорошую пощечину, решив, что попортить внешность будет сейчас самым лучшим для брата. Не дав тому возможности опомниться, он сжал пальцами горло брата.
А вот когда в гортань, до сих пор болезненно реагирующую на любое сглатывательное движение после "ласкового" захвата Улькиорры, впились пальцы брата, Заэль потерял остатки самообладания. И просто отогнул от горла пальцы Илльфорте, ломая тонкие косточки влитой в собственные пальцы силой реяцу. Перехватил за грудки, отпуская повисшие плетьми руки, и хохотнул совершенно безумно ему в лицо:
- Бодаешься? Отлично! Так даже интереснее!
Ударом ноги под колени сбил с ног и поволок к столу, на ходу прикидывая, ограничиться ли фиксирующими ремнями, или сделать для "братика" исключение, достать припасенные для арранкаров уровня Эспады металлические крепления.
Сейчас лишь пришлось упасть на пол под весом своего же тела, удариться о пол больным плечом и позволить брату тащить себя.
- Что ты задумал, Заэль?! - пальцы не слушались, но он пытался ухватиться за руку брата, повернуться, чтобы осмотреться. Заэль был на многое способен - даже на убийство. В прочем, Илльфорте это не страшило. Он не хотел подобного унижения - умереть от руки своего младшего брата, которого люто ненавидел. Наконец, он оказался лицом к металическому столу и дико захохотал:
- Ты решил меня наизнанку вывернуть, да? и по банкам разложить?
Ярость клокотала внутри, но он виртуозно избегал давать ей волю. Пока, во всяком случае.
Илльфорте предпринимал вялые попытки вырваться, но сказывался болевой шок - движения были замедленные, слишком слабые, чтобы вообще обращать на них внимание.
- Позволь прояснить тебе ситуацию в целом, - философским тоном начал Заэль, - В ампулах, которые ты так неосмотрительно уничтожил, были образцы реяцу. И все бы ничего, если бы это была обычная реяцу Пустых. Улавливаешь? А в них была реяцу шинигами. И реяцу эта, так же была не просто скоплением частиц, а частиц, подвергнутых излучению разработанного мной, аннигилирующего поля. О, я понимаю, все это для тебя пустой звук, так уж сложилось, что ум, отмеренный нам на двоих, весь достался мне. Но самое главное я скажу доступным тебе языком - эти образцы я получил неэквивалентно дорого. И они были залогом того, что Айзен-сама не решит, будто я что-то задумываю за его спиной, тайно проводя в Уэко Мундо шинигами. И теперь, мой любезный брат, передо мной стала непростая дилемма - что же мне предоставить Айзену-сама, коль уж плоды моих трудов были уничтожены тобой?
Неспешно вещая эту проникновенную речь, Заэль уверенными, доведенными до автоматизма движениями защелкивал на запястьях и щиколотках брата металлические пряжки ремней. Взгляд зацепился за быстро наливающиеся отеком сломанные пальцы, равнодушно скользнул дальше, проверяя не осталось ли случайно даже незначительной возможности освободится от ремней самостоятельно. Удовлетворившись осмотром, Заэль обошел стол, остановившись в изголовье, и заглянул в потемневшие больше обычного глаза Илльфорте.
- Так как ты думаешь, братик, что я с тобой теперь сделаю?
Заэль приковал его к столу. Да и он сам бы по любому не вырвался, учиывая боль в рука и невозможность ими пошевелить. Он лишь безразлично смотрел на брата, когда тот читал длинную тираду по поводу уничтоженного материала.
- Да я догадываюсь, что ты сделаешь. Ты больше ни на что и не способен, кроме как связать и пустить кровь врагу. Убьешь меня вот и все, братишка, так ведь?
- Мой бедный, слабый, глупый братик. Ты ведь даже не догадываешься, что на самом деле я могу с тобой сделать. Пустить кровь... Пф! Это так банально. Ты меня плохо знаешь. Это как раз достойно твоего... как вы его называете? - Заэль прижал к виску два пальца, делая вид, что напряженно вспоминает, - Корля! Ха-ха! Гриммджоу - король! Очень мило. Видимо он-то как раз и не может ничего, кроме как выпустить кишки или свернуть шею.
Октава отступил в сторону, нажал практически незаметную, если не присматриваться, панель на стене, открывая нишу, полную хирургических инструментов. Рука на мгновение повисла в воздухе и нырнула в затененное углубление. Когда Заэль обернулся, большим и указательным пальцами он держал, словно дерижерскую палочку, тонкий скальпель.
- Я не стану тебя убивать, не глупи. Это было бы крайне неразумно с моей стороны. И слишком просто. Безвкусица, одним словом. Хотя, думаю, ты предпочел бы смерть, скажем, нескольким часам под действием моих препаратов. Ты действительно совсем-совсем меня не знаешь, Илльфорте. Я много чего могу с тобой сделать совершенно безнаказанно. Никто и не поймет, что это я сделал. Например, я могу превратить тебя в полного идиота, пускающего слюни.
Заэль медленно вел плоской стороной короткого лезвия от колена к бедру по ноге брата, с блуждающей улыбкой живописуя свои возможности.
- Будешь напару с Маджерой углы грызть. Как тебе такая перспективка? - лезвие повернулось на ребро, легко рассекая плотную ткань пояса, - Или я мог бы вживить в кору твоего головного мозга несколько электродов и управлять, как куклой, так, что ты даже не понимал бы этого. Хочешь быть моей куклой, братик?
Заэль притворно вздохнул.
- Но, увы, кукловод у нас уже есть, это не интересно. Мы будем оригинальны! Я скажу, каким образом ты расплатишься за доставленные мне... неудобства, - он грациозно, с долей какой-то даже театральности, присел на край стола, закидывая ногу на ногу, чуть касаясь бедром плеча Илльфорте, и проворно вспорол по всей длине рукав, почти неуловимо полоснув скальпелем от плеча к запястью, - Ты меня полюбишь, братик. Искренне и самозабвенно. Ужасно, не правда ли? Не бледней ты так, не на долго.
Гранц-младший пару секунд вдумчиво посозерцал потолок и закончил, стягивая перчатки с узких кистей:
- Часика так, на два. Биохимия организма, такая занятная штука. В конечном итоге, все определяет последовательность реакций. Конечно, ты все запомнишь. Или какой же смысл во всем этом?
Прохладные пальцы, едва касаясь кожи, провели по внутренней стороне предплечья, до сгиба локтя.
- Какие славные венки... Начнем, пожалуй, как считаешь?
Что это нашло на брата? Хочет, чтобы он с ним был, кажем, помягче? Чтобы любил как своего брата - да не дождется!
- Разве я говорил о братской любви? - воскликнул он, легко соскакивая на пол, полностью выпадая из поля зрения брата, - И разве я хоть слово сказал, что это от тебя как-то зависит? Ай-ай-ай, Илльфорте, мне даже как-то обидно за состояние твоего интеллекта.
Вернулся к распятому на столе нарушителю Заэль уже через полминуты, держа наполненный мутной, бесцветной жидкостью шприц.
- Что есть любовь, как ты думаешь, братик? Хотя, о чем это я, ты же не думаешь, подобные функции в твоем мозгу попросту не заложены... Так и быть, я буду думать за нас обоих. Так вот, любовь, с физиологической точки зрения, это эффект от вступающих в химическую реакцию веществ в клетках, в определенной последовательности и количестве. И конечно же, процесс этот можно катализировать искусственно.
Заэль передавил вену на руке брата повыше локтя, так чтобы она отчетливо обозначилась на сгибе локтя, и уверенно вогнал в нее иглу.
- Лучше не дергайся, повредишь стенки сосудов, тебе же хуже будет, - ласково предупредил он с улыбкой многоопытного садиста, - Препарат в кровь все равно попадет, а вот гематома на пол-руки, это уже будет твоя личная сложность.
- Эй, я же пошутил, идиот! - крикнул он и тут же взвыл от того, что в затекшую и больную руку ко всему прочему вонзили иглу. Старший Гранц дернулся и тут же замер, подумав над словами брата. Он вспомнил, как раз ему Заэль вводил какую-то дрянь и из-за того, что он не сидел на месте, рука потом на сгибе посинела и чуть отекла. И это причиняло неудобства, поэтому Илльфорт не хотел повторения подобного.
- Что ты мне ввел? Зачем? - в голове крутились самые разнообразные варианты ,но на ум приходил лишь яд и снотворное. - Хватит этих дурацких шуток, Заэль!!! Отпусти меня!
Заэль неспеша вытащил иглу и, наблюдая, как на месте прокола образуется алая бусинка крови, продолжил:
- А вот я с шутками, пожалуй, закончил.
И так слишком долго сдерживаемая злость начала прорываться, делая голос глуше, заставляя глаза темнеть от прозрачно-золотистого до темно-янтарного.
- Отпустить тебя? Разве ты не сам пришел? Разве ты не этого добивался, а, братик? Сейчас ты и сам поймешь, что я тебе ввел, но я все же удовлетворю твое любопытство - афродизиак, - Заэль упер в крышку стола правое колено и чуть поддавшись вперед, переместил на него весь вес, перекидывая левую ногу через бедра Илльфорте. Уперев вытянутые руки по обеим сторонам лица брата, Заэль навис сверху, с задумчивым любопытством заглядывая в глаза, - У любви, как и у смерти, множество обличий, брат мой. Я выбрал для тебя ту, что больше всего тебе подходит.
Октава гибко прогнулся в пояснице, опускаясь на локти, чтобы приблизить свое лицо вплотную и, потеревшись щекой о щеку Илльфорте, выдохнул горячо на ухо
- Похоть.
- Нужно... нужно просто взять себя в руки и успокоиться, - решил для себя десимоквинта и бросил брату:
- Слезь с меня! Что бы ты не сделал... и чтобы ты не ввел в меня... - Илльфорте тяжело сглотнул, будто каждое слово давалось ему с трудом. - Я не посмею даже... нет. И вообще! Слезь с меня!
- А ты покричи, - предложил Заэль брату, отбрасывая скальпель и выпрямляясь, стоя на коленях, - "Помогите, насилуют!", например.
- Еще раз говорю - иди к дьяволу, Заэль! Звать на помощь я не буду, ибо сам с тобой разберусь! Вот увидишь - ничего у тебя не выйдет!
- Не выйдет, говоришь?
Длинные, прохладные пальцы скользят по груди, ухоженные ногти чуть царапают кожу по краю Дыры, ладонь несильно, но чувствительно давит в низ живота. А потом самыми кончиками пальцев Заэль проводит по наливающейся кровью плоти, от основания до головки, и голосом сладким, как медовая патока, повторяет:
- Совсем ничего не выйдет, да?